Первый комитет Генассамблеи ООН принял оба проекта резолюции по переговорам о кибербезопасности.
Российский проект — в поддержку существующего формата, Рабочей группы открытого состава (РГОС). Западный — в поддержку создания после завершения РГОС постоянного механизма обсуждения кибербезопасности, Программы действий по поощрению ответственного поведения государств в использовании ИКТ (PoA).
Конкретно PoA в резолюции не упомянута, но наиболее вероятно, что речь идёт именно о ней. Все параметры нового механизма должны опираться на то, что согласовано в РГОС, поэтому конкретные очертания проявятся в скором будущем.
В России к Программе действий изначально относились со скепсисом, а затем и открыто отрицательно. Однако голосование показало: противников у нового формата помимо России и Китая нашлось немного. Недовольство российской стороны объясняется как статусными, так и содержательными причинами. Российская дипломатия считает своей заслугой включение проблематики ИБ в 1998 году, когда этого ещё не было в повестке. И все последующие форматы переговоров инициировались Россией. Теперь впервые создаётся механизм, который инициирован другими странами. Если говорить о содержании, то в России считают PoA попыткой увести переговоры в сторону от обсуждения новых юридических обязательств.
В ближайшие годы будет обсуждаться, как будет выглядеть новый механизм и возьмётся ли он за юридическое закрепление кибернорм. Также Россия может попробовать запустить процесс выработки конвенции по международной ИБ, но это будет зависеть от наличия поддержки и желания стран создавать второй формат переговоров.